Градский о Шульженко и Цое, дружбе с Кончаловской и Пахмутовой, несбывшемся русском роке и месте в искусстве. Памяти музыканта.

С Н.П. Кончаловской. Фото из открытых источников. ЯндексНе стало Александра Градского, вокалиста и музыканта, талант которого невозможно поместить в рамки одного жанра, музыкального направления или профессии.

Лет через двадцать после окончания Гнесинки один из его педагогов И. Д. Шпиллер скажет:

«Он был одним из самых талантливых, и то, что он сделал в музыке — это довольно редко бывает. Лично я сожалею, что он много разбрасывался. Он часто забывал сдавать зачеты, мы его ругали, но от этого наша любовь не меркла.»

Фото из открытых источников. Яндекс

Это сказано в самом начале 90-х. Уже тогда о нем, которому едва за сорок, говорят как о человеке, внесшем значительный вклад в музыкальное искусство.

А спустя еще лет тридцать в одним из интервью на вопрос не сожалеет ли он о том, что не сделал карьеры оперного исполнителя, Градский ответит:» Сожалею, но все равно считаю, что сделал правильно.» А ведь он спел в Большом одну из труднейших вещей — партию Звездочета в «Золотом петушке» Римского-Корсакова. Произведение редко ставится на оперных площадках именно потому, что непросто найти исполнителя на эту роль.

Его дар, универсальный и одновременно уникальный, оказался так велик, что не позволил замкнуться в рамках одного жанра. Начав как вокалист, Александр Градский очень скоро понял для себя, что быть автором интереснее. И поступил в Московскую консерваторию, некоторое время учился композиции у мэтра советской музыки Т.Н. Хренникова. Обучение не закончил, поскольку невозможно было совмещать учебу, сочинительство, записи в студии и гастроли. Он всегда стремился объять необъятное.

И все-таки главным его дарованием был голос. Редкий, особенный, уникальный тенор с невероятными верхами, какие редко встречаются у вокалистов-мужчин. И именно как вокалист он должен был сделать блистательную карьеру и занять место рядом с признанными, знаменитыми, первыми голосами страны.

Фото из открытых источников. Яндекс

Этого официального признания не случилось, Градский всегда жил в творчестве сам по себе, не примыкая к клану артистов, которым покровительствовала партийно-культурная номенклатура. Он был слишком свободен, чтобы позволить загнать себя в рамки. В шестидесятые он пел Пресли и твисты, в семидесятые писал музыку на стихи Роберта Бернса и Набокова и сочинил вокальную сюиту на тему русских народных песен. Не ждал, когда его позовут, пригласят, поэтому и сочинял — знал, что здесь больше свободы и возможности самовыражаться. На этот счет есть у Александра Борисовича песня со словами его же авторства:

«А мы не ждали перемен

И вам их тоже не дождаться»

На этих словах в зале всегда раздавался смех публики )

И только с наступлением перестроечных времен Градский был принят в Союз композиторов. Пел партии в мультфильмах («Голубой щенок», «Легенда о старом маяке»), писал музыку к фильмам («Узник замка Иф», «В августе 44-го».)

Такой голос и такого уровня профессионализм не могли остаться незамеченными авторами песен. Александра Пахмутова сражалась с председателем Гостелерадио СССР Лапиным за то, чтобы её песню «Как молоды мы были» записал Градский. Она оценит его искренность, бескомпромиссность и высочайший профессионализм и напишет для него пронзительную «Нам не жить друг без друга», позже — песню » Мне с детства снилась высота». Среди песен Пахмутовой к фильму «Моя любовь на третьем курсе» он исполнит «Яростный стройотряд» — песню про комсомольский задор, что, похоже, никогда не было особенно близко Градскому, но она еще и про время, про любовь, про счастье и молодость, и оглядываясь назад и сравнивая с последующими трактовками, понимаешь, что его исполнение — эталонное и непревзойденное.

Его исполнительская культура высочайшая, чистота пения идеальна. Сам он восхищался особенной манерой Высоцкого и тем, как тот умел подать согласные, но артикуляция и дикция Градского, все эти «р», «с», «н» и прочие, — они идеальны. Это от природы и от мамы, драматической актрисы, которая видела сына в актерской профессии. Александр Борисович вспоминал, как мама учила его правильной речи, для чего в свободную минутку мальчику частенько приходилось повторять за мамой многочисленные скороговорки. Тамара Павловна ушла очень рано, в тридцать пять, и это было страшно для 14-летнего мальчишки, но он никогда не сомневался: мама оберегает его с небес.

С мамой Тамарой Павловной Градской. Фото из открытых источников. Яндекс

Одни из первых его авторских работ прозвучали в музыкальном фильме Андрея Кончаловского «Романс о влюбленных». Увидев, как Градский работает в студии, Кончаловский был готов не только пригласить его как композитора, но и снять в главной роли, настолько тот был музыкален и артистичен. С ролью не сложилось, но музыку Градского Кончаловский оценивает как одно из главных слагаемых успеха картины. Тексты к песням «Птицы» и «Песня о матери» написала Наталья Кончаловская. Александр Борисович с большим теплом вспоминал работу с ней, говорил, что очень много почерпнул для себя, и на всю жизнь Наталья Петровна оставалась для Градского другом.

Градский был человеком, в котором сочеталось, казалось бы, несочетаемое. Дерзкий, скорый на крепкое слово, он был при этом тонким, интеллигентным и прекрасно воспитанным и совестливым человеком. Особенно по отношению к людям старше себя и особенно к талантливым личностям. Он рассказывал о своём искреннем восхищении, когда он впервые вживую увидел и услышал Шульженко — Клавдия Ивановна выступала на одной с ним сцене; она была уже немолода, но её музыкальность, актерское мастерство были такого уровня, что Градский назвал её феноменальной артисткой, а её талант фантастическим.

С Н.П. Кончаловской. Фото из открытых источников. Яндекс

Его называли снобом и он, вероятно, был таким в части качества пения, но он умел совершенно непосредственно, по-детски, радоваться, если ему нравилось то, что делают другие артисты, если они сумели вызвать в нем эмоциональный отклик, захлестнуть своей творческой энергией. Наверно поэтому он ценил Виктора Цоя, именно за его напор, невероятную энергетику, хотя и повторял не раз, что русский рок не состоялся. Он не состоялся потому, говорил Градский, что рок — это все-таки музыка, а в том, что называют русским роком, первичным оказалось слово. Градский отказывался называть это роком, но признавал творчеством, даже искусством. И находил какие-то одобрительные слова и для «Машины времени» , и для Земфиры, и даже для рэпа. А в 80-х вел «Хит-парад Александра Градского» на радио и пробивал в эфир команды ленинградской рок-лаборатории.

Градский никогда не был артистом, для которого легко открывались студии радио и телевидения. Он смеясь вспоминал, как его любимая бабушка, которая всю долгую столетнюю жизнь прожила с внуком, говорила: какой же ты, дескать, хороший артист, если тебя не показывают по телевизору. Так вот последние лет десять его часто показывали по телевизору. Особенно с началом телепроекта «Голос». И хотя были сезоны без участия Градского, он времени даром не терял. Достроил, наконец, театр «Градский Холл», где звучат лучшие голоса и где время от времени пел сам мэтр.

С А. Пахмутовой. Фото из открытых источников. Яндекс

Он иронично и довольно критично относился к собственной персоне, хотя, конечно, все понимал про себя. И говорил про то, чем он занимается всю жизнь, так:

«Искусство это или не искусство ясно будет, когда умру.»

И ничего не изменилось в оценке его творчества.

Его талант при жизни был признан уникальным.

То, что он делал, вне всякого сомнения, есть в высшей степени искусство.

Светлая память Мастеру…

Спасибо всем, кто дочитал!

И если статья показалась интересной, ставьте лайк, подписывайтесь на канал и делитесь понравившимися публикациями в соцсетях.